Общение с самим собой

Общение с самим собой протекает по-разному — в зависимости от человека, его нервно-психического склада, возраста, обстоятельств и т. д. Можно было бы вспомнить художников, у которых моменты, когда им удавалось уединиться со своим «я», принадлежали к самым счастливым и увлекательным в их жизни; они в открытую говорили об этом; ради таких моментов наглухо отгораживались от всего, что только можно и даже нельзя…

У других — людей типа Г. Малера или Г. Вольфа, М. Врубеля или И. Левитана, Ф. Достоевского или В. Гаршииа, А. Блока или А. Ахматовой, А. Модильяни или В. Ван Гога — те же моменты гораздо чаще несли с собой болезненные, мучительно-острые душевные коллизии. В любом случае, вне их настоящими художниками не мыслилось самого существования; они — минуты самопогружения, ухода в себя — оказывались необходимыми и плодотворными даже при нередкой мучительности их. «Сама потребность в самоанализе,- пишет философ И. С. Кон,- необходимый признак развитой личности». И это действительно так.

Бесспорно, художник живет в реальном мире, среди людей. Работает во имя людей и ради них. Эта истина, которая столько раз повторялась и которая вряд ли требует доказательств, отнюдь не противоречит тому, что события внутренней, духовной жизни вполне могут оказаться для художника дороже и увлекательнее происходящего вокруг него.

И неверным было бы корить за это, к чему всегда готовы люди, осведомленные о чем угодно, только не о психологических механизмах творчества,- корить подчас надо бы за обратное. Американский живописец и педагог Роберт Генри, трудившийся на рубеже XIX — XX столетий, высказал глубоко верную мыль, что «художник интересен нам, если только он интересен самому себе». Это действительно крайне важно — быть интересным самому себе. Особенно важно для тех, кто пишет книги или музыку, создает спектакли, фильмы, живописные полотна или сценические интерпретации.

Отправить комментарий